Главная Пресса Продолжение души

Продолжение души

E-mail Печать PDF

Вера Васильева женщина волшебная. Это замечаешь сразу. С ней хочется говорить, а слушать ее можно часами. У нее сильнейшая харизма, которая заражает положительной энергией все и всех. Улыбка ни на минуту не сходит с ее приятного лица. Эта великая русская актриса будто светится изнутри. Более необыкновенной женщины я не встречала никогда. И теперь искренне считаю, что мне повезло иметь возможность в жизни увидеть то явление, что люди называют «светом, исходящим от человека». Это свет красоты, ума и таланта Веры Васильевой.

Расскажите про свою семью, кто были Ваши родители, как воспитывали Вас?

Я родилась в деревне Сухой Ручей, это в Калининской области, в простой русской семье, мои родители - Кузьма Васильевич и Александра Андреевна. Нас в семье было четверо, три сестры и брат. Папа был очень мягким человеком, а маме не сиделось на месте, и наша семья переехала в Москву. Родители пошли работать на завод. Как таковые, родители меня не воспитывали, сами понимаете, время было трудное, меня больше воспитывал театр… Но наша семья была очень дружная, папа невероятно любил маму, и вообще он был человеком-ангелом: предельная доброта, скромность и честность. Я с такой благодарностью вспоминаю наивный папин порыв - накопить денег, купить в комиссионке старую рваную фисгармонию и сказать: Верочка, вот тебе пианино, играй! А мама… мама была непотопляемой. В любой ситуации –голову вверх и только вперед!

А почему Вы говорите, что Вас воспитывал театр?

Впервые в театр я попала в 7 лет, и меня потрясла та жизнь, которая происходила на сцене, я считала, что вот она, настоящая жизнь, а все, что вокруг меня — неправда. Я стала много читать, посещать библиотеки, музеи, образовывать себя. Так что именно любовь к театру помогла моему воспитанию.

У Вас очень мягкий характер, Вы приветливая, улыбчивая. Это от природы или приобретено с жизненным опытом?

Я такой родилась (улыбается). Во мне нет злобы, да и от зависти я избавлена, хотя сейчас очень сложно быть кротким человеком. Молодежи не советую, надо уметь отстаивать свою точку зрения, а то сломают. Только не забывайте о добрых делах и поступках, они очищают душу.

Вера Кузьминична, почему Вы никогда не скрываете свой возраст, как другие актрисы?

Фильм, который сделал меня знаменитой, вышел в 1948 году. Это «Сказание о земле Сибирской». Представляете, когда это было? Как же после этого можно скрывать свой возраст? Да и ни к чему все это, суета. Но следить за собой надо в любом возрасте. Заниматься здоровьем, внешностью. Я, честно говоря, это не очень люблю, но профессия обязывает.

Коль Вы вспомнили фильм «Сказание о земле Сибирской», расскажите, как это было? Раз — и проснулись знаменитой?

Когда вышел фильм, я была еще студенткой, и меня напугал такой быстрый успех, мне казалось, что произошло какое-то чудо, сон. Ведь я только училась на актрису, а тут такое признание. Хотя успех не всегда мне сопутствовал. Иногда критики писали: «Васильева, как всегда, была мила…» Было время, когда и ролей мне не давали, но я жила с мечтой и надеждой в сердце. Хотя, это было очень тяжело.

На съемках «Сказания» Вы познакомились со звездой многих советских фильмов Мариной Ладыниной. Как она отнеслась к Вам? Вне съемочной площадки Вы общались?

Конечно, мы были знакомы, но тогда я на нее смотрела снизу вверх, я студентка, начинающая актриса, а она, наряду с Любовью Орловой, богиня! Когда она входила, я вставала: «Здравствуйте, Марина Алексеевна». А спустя 50 лет мы встретились у Наины Ельциной, за обедом. Вот там все было очень душевно и тепло. Вспоминали прошлое и общались на равных.

Это правда, что Сталин лично распорядился дать Вам премию имени себя за «Сказание»?

В то время все фильмы Пырьева (режиссер) представлялись к Сталинской премии. В их числе оказалось и «Сказание о земле Сибирской». Когда мне сказали: «Вера, тебе тоже премию присудили», — я очень удивилась! Никому не известная студентка, да и документы на меня не оформляли. Но это оказалось правдой. Позже мне рассказали, что, когда Сталин лично отсматривал фильм, а он всегда лично смотрел фильмы, представленные на Сталинскую премию, он воскликнул: «Какая прелесть, где вы ее нашли?». И лично распорядился сделать меня лауреатом. Премия была около 100 тысяч рублей. Ее разделили на несколько человек.

Вас очень любят зрители.

Да, я чувствую эту любовь и очень ей дорожу, но отдаю себе отчет, что это отчасти благодаря моим ролям. Так получилось, что первые мои фильмы — «Сказание…» и «Свадьба с приданым» - сразу же полюбились. Но вообще большинство моих лент не имеют для меня творческого значения. Кроме разве что «Чука и Гека». Недавно посмотрела этот фильм еще раз. По-моему хорошо! (лукаво улыбается). Так получилось, что самые значимые свои роли я сыграла в театре, но не в своем родном, не в Сатире.

Как вы попали в театр Сатиры?

Театр Сатиры, несомненно, не совсем мой театр, и сама я туда никогда бы не пошла. Я любила Малый театр, МХАТ. В театре Сатиры ставили спектакль-водевиль «Лев Гурыч Синичкин», и у них не было на роль Лизочки молодой наивной актрисы. И мне поступило предложение сыграть эту роль, но сначала пройти пробы. Роль была сразу главная, - это тоже редкий случай. Моя первая роль в кино помогла тому, что меня приняли сразу с любовью. А в атмосфере любви актер расцветает... Вот так я попала в Сатиру, да так там и осталась.

Какие роли в театре самые любимые?

Очень люблю свою роль – Домны Пантелеевны в «Талантах и поклонниках» Островского. Эта героиня напоминает мне мою маму – простая русская женщина. И еще – графини в пьесе Жана Ануя «Орнифль, или Сквозной ветерок».

Как Вы относитесь к сплетням, склокам? Ваш театр и актеров это особенно затронуло после выхода мемуаров Татьяны Егоровой.

Мне кажется, выставлять только негатив – безнравственно. У монеты две стороны. Жизнь не стоит тратить на выяснение: кто, как, с кем. Ко мне все это не прилипает.

Все ли Вы претворили в жизнь, что хотелось? Или есть несыгранные роли?

Я 60 лет отдала театру Сатиры, но самые знаковые роли сыграла на других подмостках. Лучшие, наиинтереснейшие для себя роли я получила в орловском Драматическом театре - роль Кручининой в «Без вины виноватые», в тверском Драмтеатре - Раневскую в «Вишневом саде». В театре Сатиры руководство долгое время не давало мне ролей, ждала их по 10 лет. Однажды решилась попросить роль у режиссера. Тогда в нашем репертуаре появился «Вишневый сад». Пришла к Плучеку (в то время режиссер театра Сатиры). Он говорит: «Если дам роль тебе, обидятся Нина Архипова и Ольга Аросева. Поэтому я дам роль молодой актрисе Рае Этуш». Вот так было…

Как Вы относитесь к материальным благам?

Мы с мужем живем достаточно скромно. Я не хочу сказать, что я бедна, но у меня нет ни дачи, ни дорогой машины. Но я отношусь к этому спокойно, я никогда ничего не делала ради денег. Некоторое время назад мне предложили за очень большие деньги сыграть в антрепризе отвратительную роль, я с возмущением отказалась. Удивляюсь, как мне можно было такое предложить?

Как Вы ведете себя, когда Вам что-то не нравится, разбираетесь в ситуации или пускаете все на самотек?

Я всегда отхожу в сторону, никогда ничего не выясняю и никогда ничего не прошу. Тот разговор с Плучеком отучил меня просить.

Вера Кузьминична, расскажите о Вашем супруге, ведь у Вас такой счастливый и долгий брак.

Со своим супругом Владимиром Петрови- чем Ушаковым я познакомилась на работе. Мы вместе играли жениха и невесту в спектакле «Свадьба с приданым». Он долго добивался моей руки и сердца. Предложение сделал по-актерски выразительно. Купил бутылку шампанского, пришел ко мне домой и, когда я открыла дверь, заявил: «Если ты скажешь, что согласна выйти за меня замуж, я переступлю порог твоего дома. Ответишь «нет» — поворачиваюсь и ухожу навсегда!» Пришлось сказать «Да» (смеется). О нашей свадьбе даже сообщила советская кинохроника, что было совсем не характерно для того времени. У меня чудесный, понимающий муж. Он был и остается моим помощником и опорой. Даже от бытовых проблем он избавил меня полностью. Я никогда не занималась серьезно домашним хозяйством. Сразу после свадьбы он нашел мне домработницу, Анну Ивановну, старая женщина раньше работала шеф-поваром, поэтому категорически не хотела готовить простую еду: каши, картошку, суп. Чаще всего она готовила дичь. Пух и перья летели по всей кухне, а кухня была коммунальная. Изумительный запах разливался по всей квартире, голодные актеры ходили кругами в надежде попробовать блюдо, но у Анны Ивановны выпросить что-то было просто невозможно. Весь трагикомизм заключался еще в том, что Анна Ивановна была подслеповата, кухня от всевозможных соусов и перьев превращалась в поле боя. После ее ухода стены так и оставались заляпанными, а Татьяна Ивановна Пельтцер шутила: «Вера, иди, убирай за своей домработницей».

Вы модница? Любите одежду, украшения? Как поддерживаете физическую форму?

С возрастом я стала больше внимания уделять своей внешности и одежде. Очень не хочется, чтобы зрители, которые видят меня не только со сцены, но и на улице, говорили: «Как Васильева постарела». Меня очень радует, что люди считают меня моложавой, подтянутой и улыбчивой. По магазинам я люблю ходить, люблю красивые, добротные вещи, но покупаю редко и даже не из-за непомерно высоких цен. На манекене современная одежда смотрится совсем не так, как на мне. Я больше люблю вещи, в которых удобно и комфортно, ну, разумеется, стараюсь не отставать от модных тенденций. Очень люблю старенькие вещи, я в них репетирую и хожу дома, они такие родные и уютные, да и то радует, что спокойно надеваю вещь, которую носила 20-30 лет назад, а она мне в пору. Физкультурой я не занимаюсь, диетами не увлекаюсь. Очень не люблю расставаться со своими вещами, если замечаю, что платье становится немного тесновато, чуть сокращаю еду. Вот и все мои секреты.

А во времена тотального дефицита, где одевались?

Мы с Владимиром Петровичем проводили отпуска, гастролируя в воинских частях в Германии, Польше, Чехословакии. Лет до 50-ти мы только так «отдыхали». Вот там и одевались. Было сложно, приходилось на всем экономить, брать с собой консервы, сухие супы из дома. Но тогда так жили почти все артисты.

Каковы Ваши предпочтения в литературе, что Вы читаете?

Современную литературу я читаю с трудом. В том числе Татьяну Толстую, Людмилу Улицкую. Люблю мемуары, классику: Стефана Цвейга, Чехова, Виктора Астафьева. Недавно купила книгу стихов Игоря Северянина. Люблю поэзию Андрея Дементьева.

Ваша автобиографическая книга «Продолжение души» была издана дважды. Собираетесь ли Вы ее продолжить?

Нет, не планирую. Это книга о моей жизни, другой у меня уже не будет. Мне в театр приходят благодарственные отзывы, и я рада, что моя книга нравится людям. Думаю, этого достаточно. В предисловии к моей книге стоят слова великого Гоголя: Забирайте с собой в путь свою раннюю юность, забирайте с собой свои человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом».